Небесный город-БН_форум_описание серий
Главная
Архив по фандомам
Обсудить на форуме

Игроки

Театральное товарищество «814»
Премьера - январь 2002 г.
Постановка Олега Меньшикова.
Режиссер: Галина Дубовская
2002 г.- театральная премия "Чайка" в номинациях "Синхронное плавание" (лучший актерский ансамбль) и "Мелодии и ритмы" (лучшее музыкальное оформление).

Татьяна
18.10.2004

Ну что, девушки, впечатлений много, а желаний и времени их расписывать - не очень. В Москву я ехала к двум любимым мужчинам: ОМу и нашей Данечке. Остался один любимый. Думаю, можно понять кто.

Рассказывать, как мы с Хлоей и Ля-Мур стояли у входа в Моссовку и за 15 минут до начала Игроков не были уверены, попадёт ли на спект хоть кто-то из нас, и как сердобольные бабушки-спекулянтки уступили мне 1500-ный билет за 1750 р., и как они же пообещали девчонкам достать два приглашения, но видимо Олег Евгеньич закобенился и приглашки не подписал, - не буду. Первое, что меня поразило в зале, - там был Кирилл Пирогов. С которым ОМ только что снимался в Ярославле в Докторе Живаго, и просто явно, что он мальчика охмуряет и нагло клеит приглашением на спект. Правда, Пирогов с девицей пришел, не будь дурак, цену себе набивал.

Но это неважно... девчонки, я просто... расплавилась, растворилась и улетела. Когда появился Утешительный - Меньшиков (которого я толком не видела пять лет, со времён «Востока-Запада» и «Мамы») - смеющийся, лукавый, блистательный, живой, искрящийся и фонтанирующий - у меня возникло шизоидное ощущение, что он попросту вышел из наших фиков (Разговоры). И более того, что это всё играется для меня, сидящей в последнем четвёртом ряду у стены, на 99 месте (это в середине зала), и что он специально не смотрит в мою сторону, отлично зная, что я там сижу...

Сам спектакль - восхитительное ощущение тусовки, закрытой вечеринки, от которой все прутся и балдеют, и больше всех - режиссёр, он же исполнитель одной из главных ролей. Конечно, если бы не Меньш в роли Утешительного, спекта бы не было. Но нафиг нам спект без Меньша, согласитесь. И ещё я жалела, что главную роль - мальчика Ихарева, которую сам ОМ когда-то играл в Англии на англ. языке в ихней постановке, сыграл не Пирогов, сидящий в зале, а Усоев - мальчик, по фактуре очень его напоминающий. Но в общем, довольно никакой. И финальную сцену не вытянувший. И ещё, судя по программке (стильной, в виде четырех скреплённых карт), этого Ихорева иногда играет Татаренков (у нас он был Глов-младший). Никита Татаренков впервые засветился с Меньшем в Сибирском цирюльнике (самый молоденький юнкер, испуганно крестящийся во время дуэли Толстого и Палиевского), играл во всех его спектах (Кухня и пр.), а сейчас в Золотом телёнке кого-то играет тоже. Короче, слухи про них с ОМом ходят. И вот на спекте мне показалось, что между ними и впрямь что-то есть. Но, возможно, я выдаю желаемое за действительное :))

Татьяна
31.10.2004

ДВА ЧАСА СЧАСТЬЯ С ОЛЕГОМ МЕНЬШИКОВЫМ

Попасть на его московский спектакль - казалось нереальным. Билеты на осень наверняка распроданы с лета, да и идет ли сейчас вообще что-нибудь с ним? «Горе от ума» он снял с репертуара на гребне успеха, когда спектаклю исполнилось два года; «Кухня», написанная в соавторстве с модным драматургом Максимом Курочкиным, продержалась примерно столько же, а спектакль «Демон» по Лермонтову, поставленный Кириллом Серебренниковым, - так и вовсе два показа. Мне посчастливилось слышать пиратскую аудиозапись.

Клятвы («Клянусь я первым днем творенья...») в исполнении Демона-ОМа - это было... упоительно. И, кажется, эти звуковые файлики в помехах и треске - все, что осталось от пронесшегося «духа изгнанья». Неуловим и недостижим.

- Да запросто, - сказала инетовская подруга-москвичка, завзятая театралка, не видевшая из вышеперечисленного только «Демона». - Приходишь к театру за час до спекта. У них сейчас «Игроки» гоголевские идут, последний сезон, в декабре закрывают. Обходишь бабушек-спекулянток с билетами. Выбираешь лучшее место. Правда, с собой надо иметь не меньше полутора тысяч. Да у меня билет на поезд в Москву и обратно дешевле стоит. Да за такие деньги я на три лучших столичных спектакля могу сходить. Да нету у меня столько!

А афиша на сайте menshikov.ru дразнила: «Игроки». Октябрь, 15, 16, 17... «Таня, - сказала моя мудрая мама, - увидеть Меньшикова живьем - событие на всю жизнь. Полторы тыщи надо найти и на спектакль надо попасть». И, окрыленная, я стала искать.

ДЕВЯНОСТО ДЕВЯТОЕ МЕСТО

Удачи мне желали родные, друзья и знакомые из Чебоксар, Москвы, Питера и даже Израиля. «На Меньшикова еду», - скромно объявила попутчикам в поезде, и на меня посмотрели с уважением и некоторым сочувствием. Дескать, и такие тоже бывают... «Ты не имеешь права не попасть», - напоминала я себе, поглядывая на

старушек-спекулянток: те с независимым видом прохаживались у Моссовки (театра им. Моссовета, где арендует сцену Театральное товарищество «814», детище Меньшикова), мы втроем независимо стояли на крыльце. «Вышел бы он покурить, что ли... Сказал бы: чего мерзнете, девчонки, айда на спектакль!»

До начала оставалось пятнадцать минут. Бабушки сжалились:

- Один билет. Отдаем за 1750.

Мы переглянулись. Девчонки благословили:

- Давай. За всех за нас.

«Гоголь. Игроки. 4 ряд. 99 место». Замороченная фантастическим номером, я устремилась внутрь.

СОН ЗОЛОТОЙ

Взвился лифт на четвертый этаж - нас поднимали к сцене «Под крышей». Невероятное место оказалось в последнем ряду, точно посредине. А действие уже началось.

Трактирный половой поил на сцене водочкой каких-то подозрительных личностей, еще одну у меня на глазах вызвал из первого ряда. Народ за столом опрокидывал рюмочки, закусывал хрустящим огурчиком, трактирный оповестил, что за сценой восемь ящиков водки и пока все не откушают, никто отсюда не выйдет. Зал в некотором напряжении – это уже началось? Половой тем временем выпроводил зрителей на места, вытащил из-за пояса мобильник и показал, какую кнопочку нажать, чтоб не звенело; потом дал колокольчиком третий звонок - и унесся.

(Тут боковым зрением я заметила в зале Кирилла Пирогова, который только что снимался с Меньшиковым в Ярославле в «Докторе Живаго». Какое-то время поглядывала искоса, следя за зрительской реакцией. Пирогов был невозмутим. А потом я забыла обо всем...)

Нахальный половой (Дмитрий Мухамадеев) трепался с новым постояльцем, вышедшим тоже чуть ли не из зала. Ихарев - серьезный, сдержанный мальчик со стальным блеском за стеклами очков – напомнил мне однокурсника, отличника-ботаника с железной волей. Упорный молодой человек, до воспаленья в глазах корпящий над произведением искусства - золотой кралей, крапленой колодой Аделаидой Ивановной. Она и мраморного памятника достойна - как залог его грядущего богатства и благополучия. Путеводная звезда Аделаида, в которую свято верит искусный и хладнокровный шулер Ихарев (Александр Усов)...

А вокруг - бархат и прелесть украинского вечера. Гарные дивчины наигрывают за плетнем на скрипочках, цикады звенят, пьяный в телеге всхрапывает. И, словно соткавшись из напевного "Нiчь яка мiсячна", возникают в комнатке трое заезжих шулеров - в предвкушении новой Игры. Они обволакивают, очаровывают, обольщают ошеломленного Ихарева: задиристый и резкий Швохнев (Алексей Горбунов), меланхоличный, немного брюзжащий Кругель полковник (Александр Сирин) - и главный соблазнитель, «брызги из фонтана, искры из ракет» - Степан Иваныч Утешительный (Олег Меньшиков).

«Наконец-то...» - выдохнулось внутри. Великолепная троица выстроилась в ряд напротив настороженно-учтивого Ихарева: в такт покачиваются с пятки на носок, опершись на трости, в такт – по пальчику - сдергивают перчатку с руки, в такт - бросают их в цилиндр. - И звучит вкрадчиво-радушный меньшиковский голос: «Приветливые ласки хозяина дороже всяких удобств!» - обольщение началось.

Мы покорены с первых звуков. И ведемся за легкой и путаной как паутина интригой, которую плетет, скользя и перепархивая от одного действующего лица к другому, главный игрок. Меньшиков «бесстыдно обворожителен», лукав и сияющ. Он откровенно наслаждается игрой, партнерами, зрителем - и возникает замирающее чувство, что все это играется для меня одной, затаившей дыхание вот тут напротив...

Летящие от Утешительного искры создают атмосферу плутовства, в которой купаются и обманщики, и обманутые. Как крапленых тузов (куда там Аделаиде Ивановне!), он извлекает из воздуха помещика Глова (Виктор Сухоруков), юнкера Глова-младшего, наследника двухсот тысяч (Никита Татаренков), чиновника Замухрышкина (снова Сухоруков) - и те вдохновенно морочат Ихарева, подсмеиваясь и перемигиваясь за его спиной.

Его проведут как ребенка - в общем-то, этот фанатичный картежник-трудяга и есть ребенок, придумавший себе систему обогащения, как Подросток Достоевского придумал стать Ротшильдом. И к веселым шулерам, принявшим его за своего, пьющим на брудершафт и поверяющим в свои дела, его тянет как мальчишку во взрослую компанию. Во что бы то ни стало хочется доказать им свою пригодность, значимость и готовность быть полезным.

В финале, когда сеть сплетена, Утешительный предлагает небрежно: «Деньги у тебя есть, восемьдесят тысяч... ты дай их - нам?» - и первая реакция Ихарева: показать кукиш. На что зал одобрительно аплодирует. – «А от нас возьми векселя Глова, - продолжает искуситель, - ты верных получаешь полтораста тысяч...» Нутром, как игрок, тот чует подвох; но желание одолжить таких людей и почувствовать свое превосходство - берет верх. Ихарев с победительной усмешкой отсчитывает из шкатулки восемь пачек ассигнаций - и шулера облегченно переглядываются. И, спеша скрыться, чтоб не омрачать удовольствие от удачной игры, едва не забывают деньги на столе. В последний миг вбежавший Утешительный, блеснув прощальной улыбкой, сметает их одним бархатным движеньем: для этих моцартов игры банкноты - не главное.

С его исчезновением сияние меркнет, «сон золотой» и морок развеивается. Ихарев словно просыпается - но все еще цепляется за ускользающую химеру, не желая верить рассказу лже-юнкера о том, как хитро и изящно его надули. «Да ты кто? черт, ты говори, кто ты?» – в исступлении кричит он бесенку Глову-младшему, и тот, глумясь, вставляет в глаз красное стеклышко монокля: «Утешься! ведь у тебя есть Аделаида Ивановна!»

Потрясенный Ихарев едва ли жалеет об утраченных тысячах - летит к чертям вся стройная жизненная философия, и скатывается путеводная звезда, сверкая дамами и двойками. Прячась от себя самого, он забирается, съеживаясь, в сундук, захлопывает крышку, как надгробье, в молчаливом могильном окружении черных тростей - все, осталось от рассеявшихся как сон игроков...

СОЛНЕЧНЫЙ ЗАЙЧИК

На поклоны они вышли дружной цепочкой, счастливые и немного усталые, кланялись с дружным «гоп!» - и минут через десять мы еле-еле отпустили их за кулисы, отбив все ладони. И, оживленные, с горящими глазами, повалили толпой вниз...

Потом я шла по ночному проспекту, по телефону взахлеб рассказывая подружке про все и про всех, и про Меньшикова, и как они играли в карты, и как пели гусарский марш, и как Сухоруков тарабанил на рiдной мове, и снова про ОМа...

- Юлька, он такой красивый. Хотя это не то слово, конечно. Я поняла, насколько я по нему соскучилась - пять лет ведь не видела, с «Востока-Запада»... Знаешь, как Ассоль сказала Грею, когда дождалась: «Совсем такой!» И ОМ тоже - совсем такой. Он там в одной сцене сбоку стоял, пока игроки Сухорукову чего-то впаривали. А Утешительный стоит совсем с краешку, газетку читает, тихо-мирно, не хлопочет, изредка поворачивает... Юль, я от него глаз отвести не могла. Взгляд обегает сцену, этих там шулеров, и возвращается к нему. Он меня солнечным светом наполнил. Напоил. Расплескать боязно...

Солнечный зайчик сидел внутри и согревал на промозглом октябрьском ветру. Юлька тихо улыбалась в трубке. Я шла не чуя ног и все говорила, говорила... И все это называлось - счастье.

Татьяна СИНИЦКАЯ.

Фото с сайта http://www.menshikov.ru

Небесный город-БН_форум_описание серий
Главная
Архив по фандомам
Обсудить на форуме